34. Резервный план
Хотя старый самолет дальнего радиуса действия с прежней
надписью на борту — № 1, военно-воздушные силы — был старше большинства
мужчин и женщин, сидящих за круглым столом исторического салона, его хранили
с нежной заботой, и он все еще прекрасно летал. Однако пользовались им
редко, и это был первый случай, когда здесь собрались все члены Всемирного
Совета. Технократы, которые олицетворяли собой (человеческий) разум планеты,
как правило, вели свои дела по телеконференц-каналам; но сейчас дело не
было обычным, никогда прежде они не сталкивались с такой ужасающей ответственностью.
— У всех вас было краткое изложение доклада, подготовленного
моими сотрудниками, — начал генеральный директор по вопросам энергетики.
— Разыскать чертежи оказалось нелегко — большинство из них умышленно уничтожено.
Однако основные принципы хорошо известны, а в Королевском военном музее
в Лондоне (я никогда не слыхал о таком) есть действующая 20-мега-тонная
модель — разумеется, разряженная. Не представит труда повысить ее мощность,
если мы сможем вовремя наработать компоненты ядерного заряда. Каковы наши
запасы?
— С тритием нормально. Но с плутонием и U235 военной маркировки...
В них не было потребности с тех пор, как мы прекратили использовать ядерные
заряды для ведения подземных работ.
— Как насчет того, чтобы отрыть захороненные отвалы и
реакторы?
— Мы проработали такой вариант, но будет слишком много
хлопот с тем, чтобы разобраться в этом колдовском месиве. Нам придется
начать все с самого начала.
— Но вы можете сделать это?
— Трудно сказать, учитывая имеющееся в нашем распоряжении
время. Мы сделаем все от нас зависящее.
— Ну тогда это принимается. Теперь вопрос о системе доставки.
Транспорт?
— Довольно простой. Все сделает самое маленькое грузовое
судно — в автоматическом режиме, разумеется. Хотя в качестве альтернативы
можно было бы обратиться к опыту кого-нибудь из моих предков-камикадзе.
— В таком случае нам фактически остается принять только
одно решение. Стоит ли пытаться, или это только ухудшит положение дела?
Если мы попадем в Кали зарядом в тысячу мегатонн, вполне возможно, что
она расколется на два обломка. Если наш временной расчет верен, вращение
астероида заставит их разойтись таким образом, чтобы ни один не угодил
в Землю, пролетев по разные стороны от нас. Или попадет только один, что
все-таки спасло бы миллионы жизней... Но мы можем превратить Кали в кучу
шрапнели, движущейся по той же орбите. Большая часть ее сгорит при входе
в верхние слои атмосферы, но не все. Что лучше — гигантская катастрофа
в одном месте или сотни более мелких, когда осколки посыплются на целое
полушарие? Каким бы полушарием оно ни оказалось...
Восемь человек застыли в молчании, обдумывая судьбу Земли.
Наконец кто-то спросил:
— Каким временем мы располагаем для принятия окончательного
решения?
— В ближайшие пятьдесят дней станет известно, удалось
ли «Голиафу» изменить направление движения Кали. Но мы не можем все это
время сидеть сложа руки. Если операция «Спасение» провалится, сделать что-нибудь
будет уже слишком поздно. Я предлагаю как можно быстрее запустить ракету.
Мы всегда сможем отменить задание, если оно окажется ненужным. Прошу голосовать.
Медленно поднялись все руки, за исключением одной.
— Да, юриспруденция? У вас есть возражения?
— Я хотел бы прояснить несколько моментов. Во-первых,
должен будет состояться всемирный референдум: этот вопрос подпадает под
права человека на внесение поправки. К счастью, для этого масса времени.
Второй момент может показаться несущественным по сравнению с проблемой
выживания большинства человеческой расы. Но если мы взорвем Кали, сможет
ли «Голиаф» вовремя уйти достаточно далеко?
— Разумеется. Они будут неоднократно предупреждены: Конечно,
мы не можем гарантировать полную безопасность — даже на расстоянии в миллион
километров может произойти случайное попадание. Но если корабль уйдет в
направлении, противоположном движению ракеты, опасность будет ничтожной.
Все обломки отлетят в другую сторону.
— Это убедительно. Я отдаю свой голос. И все-таки я надеюсь,
что весь план окажется ненужным. Но нас освободили бы от наших обязанностей,
если бы нам не удавалось вырабатывать политику, направленную на защиту
планеты Земля. |